Пустой лист бумаги,
допитая кружка кофе, около одиннадцати на настенных часах. За окном,
кажется, разбушевалась гроза, но из-за плотно задернутых штор
не слышно даже редких раскатов грома.
Вот уже третий день для него заканчивается именно так. Хотя, насчёт конца можно поспорить. Ведь до официального «завтра» ещё целый час, значит ещё много можно успеть? К сожалению, это далеко не так, что подтверждает третий час сидящий без движения парень, смотрящий в пустоту, тщетно пытающийся связать хоть несколько строчек воедино. Выплеснуть душу на бумагу, раскрыть все то, что гложет. Это же всегда помогало! Но… Почему именно сейчас алгоритм сбился?
Вот уже третий день для него заканчивается именно так. Хотя, насчёт конца можно поспорить. Ведь до официального «завтра» ещё целый час, значит ещё много можно успеть? К сожалению, это далеко не так, что подтверждает третий час сидящий без движения парень, смотрящий в пустоту, тщетно пытающийся связать хоть несколько строчек воедино. Выплеснуть душу на бумагу, раскрыть все то, что гложет. Это же всегда помогало! Но… Почему именно сейчас алгоритм сбился?
